У памяти нет границ, Книга к 75-летию Великой Победы Опции

[bsnural]

СВЕТЛОЙ ПАМЯТИ
ГЕРОЯ СОВЕТСКОГО СОЮЗА
БЕЛИНСКОГО
ЕФИМА СЕМЁНОВИЧА

Понимал не напрасно –
В жизни надо спешить.
И готовился страстно
Он народу служить.

И учился прилежно,
И физически креп.
Совершенство безбрежно,
Коль живущий не слеп.

С расстоянья виднее,
Что подвластно уму.
И считал: где труднее,
Там и место ему.

Только школу закончил –
Вновь учиться пошёл.
В мыслях тоже упрочил:
Груз сражений тяжёл.

Стать решил командиром,
Враг Отчизну ж терзал.
Страх витая над миром,
В узел горе связал.

На тернистость не сетал,
Всем на помощь спеша.
А сокурсник поведал –
«Золотая душа».

Путь себе напророчил:
Отучиться и в бой.
Но училище кончил –
В полк попал запасной.

Чуть не год он крепился
И молил горизонт.
Наконец-то добился
Всё ж отправки на фронт.

Ведь сраженья не стихли,
Враг надеждами жил.
Трое братьев погибли,
Он за них мстить решил.

Время болью венчало,
Шёл войны третий год.
Получил под начало
Боевой разведвзвод.

И сказалась порода,
Знать, таким был рождён.
Ведь всего за полгода
Дважды был награждён.

Так трагично сложилось:
Ожил вражеский дзот.
Сам погибнет – свершилось –
Подчинённых спасёт.

Справедливо решенье:
Отдал жизнь за других.
И ушло представленье
К третьей, высшей из них.

Жизнь мелькнула кометой
Яркий свет не погас.
В год – отмечен Победой –
Был подписан Указ.

Мы то время примерим,
Подтвердим не греша,
Что сокурснику верим –
Золотая душа.

Николай Басов

[kusnez]

Военные воспоминания Михаила Александровича Шутого, переложенные в поэтическую форму его сыном Анатолием. Все детали событий, имена и фамилии действительны.


1
Вспоминаю снова годы,
Где я был, увы, не гость –
Огнедышащие своды
И земли горячей горсть…

И не верю, вспоминая,
Что такое быть могло.
Расскажу – уж ночь без сна я –
Сердце бы не подвело.

Может, это и не нужно, –
Сочинять уметь бы мне…
Трудно видеть то, как «дружно»,
Шутят в фильмах о войне,

Как играют в них отвагу…
Вот и взялся за бумагу.

2
А еще увидел фото –
Молодые… тех всё лет.
И в груди кольнуло что-то…
«Этот выжил. Этот нет…»

Я листал их прежде редко –
То да сё… и занят был…
Померанцев, Бондаренко…
Ты смотри-ка – не забыл!

И других я вспомнил тоже –
Получился бы рассказ.
Видно, время подытожить –
А кому еще из нас?!

Хоть написано и много,
Но о нас-то… нет и слога.

3
Не шумят, играя, дети.
Больше песни не слышны.
У подъездов же соседи
Собрались – дома тесны.

Ни в полголоса… – лишь шепот.
По дорогам ведь кругом
Слышен лязг и слышен топот.
Где-то гром. Или не гром…

Да и мы, хоть и не стары,
А душа оголена:
Полыхают не пожары –
На земле родной война!

Словно всюду бродит лихо,
Говорили тихо-тихо.

4
Только нет уже «далеко»:
Где-то бой, беда же тут.
Было небо синеоко…
В нем теперь смертельный гуд.

Левитан читает сводки –
Пульс подстроился под речь.
И пошли мы, одногодки
Победить иль в землю лечь.

В глубине души я верил,
Не убьют меня в бою –
До Берлина путь отмерил –
Фриц найдет там смерть свою.

Из глубинки – к дальней дали
Мы в историю шагали.

5
Вот, учебка за спиною.
Нам вручили доппаек.
Скоро встретимся с войною.
Слал дивизии восток,

И на поезд, что оттуда,
Посадили ночью нас.
Но с небес металла груда
Навалилась в тот же час!

От бомбежки врассыпную –
По команде, как могли!
Мы на землю ледяную
И дрожащую легли.

Кто-то съел паек в запале,
Чтоб продукты не пропали.

6
Прибыл я на место службы.
Те мы были «женихи»:
Отмороженные уши
Вспухли – будто лопухи!

Мне сказали: «Пусть награды
И раненья подождут:
Вас направили на склады –
Это тоже ратный труд».

На Вторую мировую
Мне попасть, и тут за дверь?!
«Ну а на передовую?
Если так, куда теперь?»

«Недостаток есть народа…
Будешь командиром взвода!»

7
Я в дивизии стрелковой,
Защищавшей Сталинград,
Славной армии Чуйкова!
И, конечно, очень рад!

Пополнением мы были
После зарева боев –
Где мы Паулюса били
Возле волжских берегов.

Полковушки – сила наша!
Два орудия – не смех!
Брянцев Коля, Гришин Саша –
Командиры пушек тех.

Хоть слаба у них защита,
Фрица угостим досыта!

8
Но сперва переодели –
От шинели до ушей.
Всё сожгли. Ведь, в самом деле,
Как избавиться от вшей?!

Мне сказали: «Ну, смелее –
Против нас с десяток стран!»
Командиром батареи
Яковлев был капитан.

Пусть морозы, дуют ветры… –
Наконец я стал служить!
Немцы были за сто метров…
Всё нормально – будем жить!

Всё вернем, хоть и не за год.
Наконец пойдем на запад!

9
Укрепились фрицы дальше
И стреляли с высоты.
За ночь в землю врылись наши,
Но минуты не просты.

Был тогда приказ комбата:
«Лейтенант, готовь-ка взвод –
Подавить те точки надо!»
С Брянцевым пошли вперед.

Только на переднем крае
Можно точки те засечь.
Мы по снегу, утопая,
Шли туда, огонь пресечь.

Подавили! Били в волю!
Только снайпер… ранил Колю.

10
По сугробам на шинели
Я к своим его тащил…
Снегопады и метели
Перетерпим – только б жил!

«Вот я и… отвоевался…
Покидаю свой расчет…»
Говорить я с ним старался:
«Повоюем мы еще!

Мы ж хотели – до Берлина!
Позабыл, наверно, друг!
Вот и наши… молодчина…
Вот они тебя берут…»

Только нету больше Коли –
Умер от потери крови.

11
Немцы кубарем летели,
Как подкошенный паук!
Зацепились лишь в апреле
За рекою Южный Буг.

Полк, преследуя фашиста,
Там – в низине – взял плацдарм –
Небольшой и узкий выступ,
Что ложился под удар

Вражеских орудий сверху.
Укрепиться чтобы, нам
По грязи, воде и снегу
Надо выйти к камышам!

Там лиман – весной болото –
Сыровато стало что-то…

12
Что ни выстрел – пушки тонут.
Да и мы уже в воде.
И кругом пехоты стоны.
Нет спасения нигде.

А вода всё прибывала –
Всем по пояс, и не сесть.
Суток пять лил дождь – немало.
В лодках нам давали есть.

С высоты стреляли фрицы,
Ночью от румын концерт.
То ль в аду мы, то ли снится…
Были бомбы на десерт.

Но не впали в исступленье:
Мы ж – начало наступленья!

13
«Где же наши генералы?» –
Не роптали, просто так…
Все промокли причиндалы.
«Где ж атака? Дали б знак!»

А пехота… будто черви –
Помирали в той грязи.
«Что ж вы делаете, черти?!
Что ж вы… Господи, спаси!»

Нас спасли – успели к сроку…
(Не забуду до сих пор.)
Наступленье было сбоку,
Мы – тактический маневр.

Получил за то я орден.
И курить стал в половодье.

14
В ночь с тридцатого апреля –
Перед Праздником труда –
Всё смешалось от метели!
Так… не видел никогда!

Украина! Кто б подумал?!
Мы на марше. Снег. Мороз.
Это хуже, чем под дуло!
Как я только ноги нёс?!

Будто бы в бою с погодой –
На переднем рубеже!
Шли мы с новобранцев ротой –
Были в летнем все уже…

Не на гибель, не на славу –
Их одели по уставу.

15
Утром вышли мы к поселку –
Все продрогли до костей.
В дом просились… Но без толку –
Нету места для гостей:

Переполнено селенье
Теми, кто пришел вперед.
Мы ж остались без спасенья –
Вьюгой бил весенний лед.

Новобранцы замерзали,
Не узнавшие войны.
Им не дали и медали…
Но ничьей тут нет вины.

Погибали у порога…
Такова войны дорога.

16
Как-то видел я (без шуток),
В кожаном стоял плаще
На пригорке маршал Жуков!
Грозный знак-то вообще.

Нас подняли по тревоге –
Ночью маршем на вокзал.
Все размытые дороги –
Ливень не переставал!

Подогнали эшелоны,
И на Белорусский фронт
С армией пошли вагоны!
Вот такой был поворот.

Как мечтали! Хоть и длинна…
Та дорога до Берлина!

17
Были степи Украины…
И за несколько часов
Как богатыри былины –
Мы уже среди лесов!

А в лесах – тут всё другое –
Наступать иначе тут.
Это трудности, не горе –
Нам уроки вновь дают.

Снова вспомнилась учебка…
Как давно – год с небольшим.
Мы оглядывались редко:
На войне таков режим.

На войне такая ноша.
Что же дальше? Дальше Польша!

18
Там восстание Варшавы!
Им помочь – священный долг!
Или сгинут все без славы.
И направили наш полк.

Нагрузив себя оружьем,
Шли в огня пучину, в ад.
Что же, было то не нужно?!
Отвечай нам, польский брат?!

Нынче многое забыто.
Так и думать не могли!
Поле взрыто! Небо вскрыто!
Мы же будто в бездну шли!

Неужель так было где-то?!
Даже сам не верю в это.

19
Тут стезя непроходима!
По земле ли мы идем?
По клубам огня и дыма!
Алой ночью? Бурым днем?

Почему исчезла робость…
Будто нет уже меня.
Впереди разверзлась пропасть
Из кипящего огня!

Насмерть – рано! Выжить – поздно!
И зовется это – бой!
Это крепость – город Познань.
Это чудо – я живой!

Поспевать чтоб за бросками,
Пушки мы несли руками.

20
Шла уже война в подвалах,
И на улицах бои…
С ротою солдат усталых
За забором в дом вошли,

Заняли подвал и первый
В этом здании этаж.
К ночи притупились нервы,
Так и вышел промах наш…

Раненых – в подвале – фрицев
С медсестрою мы нашли,
Но, сглупив, как говорится,
Этажи все не прошли.

Немцы прятались над нами,
Во дворе был дот с врагами!

21
Прояснились утром факты:
Дот по окнам, в дверь стрелял,
Пули сверху и гранаты…
И загнали нас в подвал!

Рация одна заглохла,
Но вторая всё ж была.
Нам не выйти. Дело плохо.
Надо их спалить дотла!

Вызвали огонь орудий
На себя – на этот дом.
Так-то лучше – будь что будет,
И посмотрим, что потом.

Залп! Другой! Когда же грохот,
Прочь мы слышим немцев топот.

22
План возник договориться
Нам о паузах в стрельбе –
После залпа изловчиться
И довериться судьбе:

По два, по три до забора
Надо выполнить бросок,
И шесть метров – так же скоро –
По асфальту кувырок,

Пересекши ту дорогу,
Сразу прыгать под откос…
И ты спасся, слава Богу! –
Можно встать во весь свой рост!

Всё за краткий промежуток…
Стал для многих кросс тот жуток.

23
«Вот и нам вести подсчеты –
Между залпами – секунд, –
Мне тогда сказал комроты. –
Становись со мною тут».

Но кому бросаться раньше,
Не сказал он. Как же быть?!
Промежуток – время наше!
(Кто же трусом хочет слыть?!)

Мы стоим – ладони потны…
Из оружья – пистолет.
«Ну, давай!» – шепнул мне ротный.
Я шагнул! На смерть? Иль нет?

Будто кошка, прыгнул ловко –
Приоткрылась мышеловка.

24
Труп один… другой навстречу –
Не смогли, не прорвались…
Сам с собой веду я речи:
«Подожди! Не торопись».

Осмотрелся – всё затихло.
Говорю себе: «Пора!»
До ограды… дальше… лихо!
Смерть меня не догнала!

Возвращаюсь в батарею.
«Как там ротный?..» – мысль скребёт.
(Но узнать я не сумею –
Забегая наперед.)

Может, выжил в лапе вражьей…
Хорошо бы… очень даже.

25
Как-то ночью батарея
Отделилась от полка –
Завернули чуть правее
И, разобрались пока,

Ясно видим: заплутали.
А потом раздался гуд –
Встали тихо за кустами.
Что там? Танки же идут!

Шла колонна – сердцу больно.
Нас не видно им – темно.
А у нас нет бронебойных!
Лишь осколочных полно.

Пропустили немцев рядом –
Что же, если нет снарядов.

26
(Мы потом уже узнали,
Танки, что прошли кусты,
Опасались встречи с нами:
Тоже были ведь пусты.)

Утром вышли на поселок.
Видим – немцы там кругом!
Пушек разворот не долог –
И по ним огнём! Огнём!

Те решили, наступленье
Наших сил передовых –
И давай!.. У нас сомненье,
Что останемся в живых.

Но наш полк ударил сзади!
Мы же были в авангарде!

27
Посылал домой портреты
Всех друзей я боевых.
Хоть часы покоя редки,
Рисовать хватало их.

Кстати, младший брат мой Костя
Захотел служить со мной,
Только в армию – не в гости,
Даже если заводной,

Недостаточно желанья.
Он и Сталину писал.
Но прошел всё ж испытанье –
Тоже он повоевал

С пулеметом. Был он смелым
И домой вернулся целым!

28
Всех война берет на мушку,
Проверяя нашу твердь.
Полную дает нам кружку,
В кружке – дружба, жизнь и смерть…

Здесь ведь всякое бывало:
И герои, и глупцы…
Было подвигов немало,
Были тут и подлецы.

Были те, что смерти рады,
Не своей – однополчан,
И снимали с них награды.
В них солдата ни на гран!

И у нас был в этом роде,
Но его убило вроде.

29
Даже если тут затишье,
Осторожность (хоть и смел)
Никогда не будет лишней:
Снайпер взял нас на прицел.

Он обстреливает метко
Часть дороги возле нас,
Но пройти с десяток метров –
И его не видит глаз.

Пересечь дорогу хочет
Наш боец и тут идет,
Понадеявшись – проскочит…
Снайпер этого и ждет!

Нескольких «охотник» адский
Уложил так… По-дурацки.

30
А еще стреляют метко
По блестящим орденам.
К ним чехлы бывают редко,
Да и лень их делать нам.

Это сильно участилось
Вот сейчас – к концу войны,
Мы ж прошли, что и не снилось –
Большинство награждены.

Уж мечтаем: «Буду целым,
Покажу все ордена…»
А они на них прицелом…
Чтоб мечту взяла война!

Там, где подвиги блестели,
Для врага всегда лишь цели.

31
Вспомнил я вчера тачанки,
Про Чапаева кино:
Вышли на дорогу танки –
Трусить не пристало, но…

Выскочила батарея
Чья-то – им наперерез,
Развернулись побыстрее:
Знали, времени в обрез!

Думали, по-залихватски
Вдарят – и подбиты все.
Но могилой стало братской
Это место на шоссе.

С лошадьми… расчеты… в клочья!
Не заснул вчера я ночью.

32
Верю, не убьют. Но муки…
Если плен… Судьба лиха!
А у нас пошли тут слухи,
Немцы ищут языка.

Возвращаюсь по траншее
Ночью… Кто-то хвать шинель!
Даже пульс забился в шее
Пот холодный – неужель?!

Буду драться! Чуть пригнулся,
Напрягаю мышцы рук…
Потихоньку оглянулся…
То ж из проволоки крюк!

Этот страх – сейчас потеха,
Мне же было не до смеха.

33
Что страшней всего в бомбежке?
Быть открытым поля средь!
Зарываешься хоть ложкой,
Чтобы в небо не смотреть.

Ведь, когда открыты выси,
Дух моторами свербя,
Не избавиться от мысли:
Бомбы точно на тебя!

Закрываешься брезентом
И, не видя эту жуть,
Будто спрятался. На этом
Можно даже и заснуть.

Как не тяжки те минуты,
Привыкаешь ко всему ты.

34
Но однажды: взрывы всюду –
Не поднять мне и лица!
Ни ножа – копать чем буду?!
«Выручай!» – просил бойца…

Впереди его увидел,
Только из последних сил
Сам копал он – что тут выйдет…
Землю ложкой я скоблил.

Мы по-разному, но оба
Зарывались как могли.
На него попала бомба
И развеяла в пыли.

Был он, может, лучше, выше…
Но такой вот случай вышел.

35
Перешли мы реку Одер!
На плацдарме – скоро в бой.
Загудели неба своды –
Взорвался кругом покой!

Тучи залпами разрыты!
Зареву не видно дна!
Пушки две мои открыты…
И замолкла вдруг одна.

Подбежал я – страшно очень:
Весь расчет мой, как уснул…
Тот… другой… а вот наводчик…
Мертвым он к стволу прильнул.

Только пушка та лупила,
Миг один – расчет убило.

36
Как же горько, смертью ранней…
Этим взрывом по всему…
Но один, смотрю я, ранен!
И теперь быстрей к нему!

Я собачею упряжку
Разыскал – кладу его…
Но другой вот, ранен тяжко!
Увезут лишь одного.

Попросил сойти тихонько
И другого уложил.
Что поделать? Надо. Только…
Верю, этот будет жив.

Больно, жалко… Ну, а вы бы?
На войне всё время выбор.

37
Разлился свирепый грохот,
Что не слышно разговор!
Черный дым и видно плохо –
Разве только что в упор!

И пошла вперед пехота!
В бой ревущею волной!
Жарковато стало что-то…
Обороны две долой!

Третья линия! Задержка.
Пушки залпами ревут!
Позарез нужна поддержка:
Танки, вкопанные, тут!

Закрывай-ка крепче уши:
Выдвигаются катюши!

38
Только карты устарели:
Что относится к тылам?
И катюши все «запели»,
Но ударили по нам!

Будто ад ворваться хочет,
И дрожат земли пласты!
Всё горит, и всё грохочет!
Где укрыться от беды?!

Море огненное дышит –
Не найти и островка…
«Мы же наши! Это мы же…»
Наших поступь нелегка!

Разобравшись в той напасти,
Устремились дальше части.

39
Переменна обстановка
При движении атак –
Переносим пушки ловко –
На другой, на этот фланг!

Наше место – быть с пехотой
И поддерживать огнем.
«Бог войны» стоит за ротой –
Руки – залпы, голос – гром!

Разрушая укрепленья,
Создавая нашим брешь,
Вновь и вновь без промедленья,
Батарея, немцев режь!

Средство от рейхстага рака
Есть всего одно – атака!

40
А потом уж, как затменье,
Ставящее жирный крест:
Впереди стоит полк мщенья
Женщин – вдов, сестер, невест!

Нашим женам только снится
Счастье, что враги сожгли!
«У войны другие лица!»
«Как посмели, как могли?!»

Мы пошли остервенело,
И никто не уцелел.
Может, это и не дело,
Только наших кто жалел?!

Медсестре лишь неубитой
Комполка наш стал защитой.

41
Поздно вечером присели –
В саже, копоти, пыли…
Сутки целые не ели –
Завтрак нам не подвезли.

Мы голодными за пушки
Встали, а теперь сосёт…
Вот и старшина Павлушкин –
Сразу ужин нам везет.

Не в обиде – все мы грешны.
Понимает он и сам.
А за ужином, конечно,
Можно спирта сорок грамм.

О спиртном твердят другое…
Нет, вранье – лишь после боя!

42
Пушки мы установили
На окраине села.
Артналеты тяжко взвыли –
Нехорошие дела.

Шквал от края и до края –
«Бог» чужой пустился в раж.
Наши вырыли в сарае,
Что поблизости, блиндаж.

Из биноклей наблюдали
За позицией врага,
В нем конец налетов ждали –
Передышка дорога.

Претерпели б эти тучи…
Если б не печальный случай.

43
Только прибыл поутру к нам
Батальонный комиссар,
Ухнул залп за политруком –
Начался кромешный жар!

Тот – в сарай! Застрял в проёме! –
Габариты таковы.
Мы снаружи – вот так номер.
Не сберечь нам головы!

Я на землю тут же рухнул.
Взрыв затмил нам белый свет!
Ногу чувствую и руку…
Пятка есть иль пятки нет?

Двое раненых нас было.
А двоих в тот миг убило.

44
Аушев погиб – комвзвода.
Прибыл только лишь вчера.
Жил, мечтал, «не зная брода»,
А дожил лишь до утра.

Я же ранен и контужен,
В госпиталь направлен – в тыл.
Только мне покой не нужен!
Я на койке что забыл?!

Перевязанный бинтами
И с осколком в голове
Я в строю! Я снова с вами –
Батареи во главе!

Всех обрадовало это,
Что сбежал из лазарета!

45
Покидая ту деревню,
Шли за танками вперед,
В наступленье! Тут уж, верю,
До Зееловских высот!

Началась артподготовка –
Мощно, с самого утра!
Дальше – наша заготовка:
Режут тьму прожектора.

Нашим – в спину, немцам – в лица…
Но смешались вскоре все.
Непривычно эдак биться:
Где свои? А немцы где?

Тысячи отдались бою!
Многих он унес с собою.

46
Бой на улице, и точка
Огневая за углом –
Бьет по нашей части точно,
Поливает путь огнем.

Командир же возбуждённый
Мне тогда дает приказ:
«Выкати-ка пушки в зоны
И ударь им промеж глаз!»

Сам удерживает танки,
Что пришли подмогой в полк.
Тут не обойдешься ранкой!
И смолчать я уж не мог:

«Это Вам виднее, может…
Но моих же всех положит!»

47
«Выкачу я батарею,
И не выживет никто!
Танки ж есть! Я не сумею…
Гибнуть просто так почто?!»

«Не понятен смысл приказа?!
Я не слышу “есть” в ответ!
Ах, юнец, ты! Ах, зараза!»
И рука – за пистолет!

Только я схватил быстрее
Пистолет свой! Тот застыл.
Мы стоим, краснеют шеи…
И тогда он отступил.

Танком взорван дзот, однако,
И продолжилась атака!

48
Наступаем чуть южнее,
Режем город будто блин –
До Рейхстага! Ну ж, смелее!
Наступаем на Берлин!

Видим брошенную пушку
И снарядов к ней не счесть.
Прихватили ту «игрушку»,
Ведь затвор к ней тоже есть!

Рядышком лежал – на травке
(Отступали впопыхах –
Под огнем, наверно, в давке).
Из нее по немцам… Жжах!

Коль! Тут и твоя отвага!
Ведь дошли мы до Рейхстага!

49
У меня верхом неладно,
Лошадь мне не в добрый час.
То одна пошла вдруг задом,
И машина сбила нас.

А другая, знать, слепая,
Лбом ударила о столб!
Но не то я вспоминаю…
Боль войны поведать чтоб.

…Части двигались устало.
Взрывов на земле круги…
У дороги там стояла
Лошадь без одной ноги.

Что-то я забыл дорогой,
Но не лошади безногой.

50
Встреча армий предстояла –
Наших сил и США,
Мы ударили невяло!
Артналетом! Не со зла.

Чтоб узнали, кто тут главный –
В этом логове – сполна!
Роль у нас не будет равной,
Если плата не равна!

Извинились, мол, досада
По ошибке, то да сё…
Для политики так надо,
Да и мы не знаем всё.

(Ведь они аж в сорок пятом
В нас пустить хотели Атом!)

51
Комполка восьмого мая
Праздничный дает банкет,
Офицеров приглашая.
Я пошел на тот обед.

Подходящий зал сыскали
В помещенье войск СС.
Всё, что требуется, дали:
Блюда всякие, нарез…

На четыре человека
Все накрытые столы.
И пришли герои века –
Победители войны!

Только в этом тоже сложность –
Есть для случая возможность…

52
«Безоружными»? Куда там!
На войне закон таков.
Кто с гранатой, с автоматом…
Все с оружьем – «до зубов»!

По два, по три пистолета
(Только ж были под огнем).
Надо ведь учесть и это,
Чтобы всё чин чинарём!

Офицеров пару рослых
Отобрали наблюдать
За порядком – им уж тосты
Надлежало пропускать.

Но банкет без происшествий –
Слишком много было бедствий…

53
Нет, никто не веселится,
Не смеется, не поет.
И суровые всё лица…
Пред глазами бой встает…

Вспоминают недоживших
Закадычных всех друзей –
Лишь вчера еще шутивших,
Ждавших этих светлых дней…

Есть и те, кто тихо плачет
Здесь за праздничным столом.
И не может быть иначе:
Боль в глазах, а в горле ком…

Я ведь тоже вспоминаю
Тех, что видел… тех, что знаю…

54
Ком. разведки был Буянов.
В медсанчасть его вели –
В голове зияла рана…
Но спасти там не смогли.

Наденька – телефонистка…
Мина шею посекла.
(Знать, плохой была зачистка
Во дворе, куда вошла…)

Яковлев поднял на руки…
Только как ее спасти…
Кровь хлестала… И без муки
Ей пришлось от нас уйти.

Коля Брянцев… Сердцу вторя,
Будто вновь со смертью спорю.

55
Пуля глупая шальная –
От нее лишь слышен свист.
Померанцева такая… –
Был у нас геодезист.

Бондаренко вёз снаряды –
Взрыв пришелся в передок.
Мы захоронить бы рады…
Но никто найти не смог

В этом ужасе едином
Ничего… под гальки скрип…
Лишь по мордам лошадиным
Поняли, что он погиб.

Аушев… Как будто не был –
В Альт-Тухебанд выло небо.

56
Шутов шел из окруженья
В снегопад… Был труден путь.
Но дала своё решенье
Разрывная пуля – в грудь.

В Познани Борис Ахматов –
Весельчак был, наш парторг –
Ранен… В белую палату
Не успели наши. Смолк…

А Шульга – охота выть мне…
Мина… (Не берет и хмель.)
Он просил: «Перевяжите…»
Но в куски его шинель.

С кем пришлось мне жить и драться,
Всех я помню. Помню, братцы!

57
Было принято решенье
Части маршами менять:
«Для создания движенья» –
Что еще там? Не понять.

Мы готовились к параду
Трёх союзных – трёх «Восьмых»
Армий! И часами кряду
На ученьях строевых

Отрабатывали в касках
(Что не брали даже в бой), –
Витязи как будто в сказках, –
Шаг чеканный строевой!

Стран «союз» не ведал лада,
Так что не было парада.

58
Послужив еще немного,
Демобилизован я.
Снова в поезде – дорога…
Но в родные уж края!

Прошагал я пол-Европы
(С плоскостопием своим).
Эти огненные тропы
И не снились бы другим!

Вот приеду я на Волгу…
И войду тихонько в дом…
Праздновать мы будем долго!
Погуляем всем селом!

Расскажу о нашей доле…
Вспомню о сержанте Коле…

59
Я со многими списался.
Мирным письмам всякий рад!
Но никто не отозвался,
Польшей кто спешил назад.

Как один, они пропали –
Необъявленный урон –
Мы же помним! Мы ж их знали!
Сгинул целый эшелон!

Меж собою мы решили:
Нац.отряды в лес, в тупик
Заманили, окружили,
Расстреляли наших вмиг!

И сейчас жива та злоба –
Доведет их всех до гроба!

60
Нет уже меня на свете –
Я Оттуда… говорю.
Я прошу вас, внуки, дети…
Посмотрите на зарю!

Неужели солнцу снова
Пробиваться через дым?!
И лишаться снова крова?!
Снова гибнуть молодым?!

Но теперь еще серьезней!
К вам кричу я, дети стран,
Что уже дошли до розни…
Иль готовят новый план…

Пусть и ход часов запущен…
Я прошу вас!!! Боже Сущий!



Лето–2009 (мемуары М.А. Шутого)
Май–июнь 2017 (переложение А.М. Шутого)
https://stihi.ru/2021/08/09/3700
https://rutube.ru/video/29ac3c2f28565938ea4549cc88978edf/